All I Know январь 2020

Дайджест постов телеграм-канала

Главный принцип воспитания

Воспитывать детей или дизайнеров — тут особенной разницы нет. И тем, и другим я никогда в жизни жопы не мыл.

Принцип воспитания всегда один и тот же. Воспитание в сухом остатке — это передача инструментов самостоятельности.

В случае с детьми это передача знаний о том, как дальше жить без родителей. Научиться ходить в школу, гулять, ездить в метро, летать по стране, оттопыриваться в лагере или на даче, съебать на съемную хату в 18, найти работу, найти партнера, че там еще.

С дизайнерами та же хуйня. Достаточно показать, как устроена жизнь, немного понаблюдать за прогрессом — и отпустить.

Глупые люди держат на расстоянии нитки привязанных за лапку птичек, умные отпускают по всему миру самолеты.

Каталог художественной литературы по развитию социально-эмоционального интеллекта

Благотворительный фонд Сбербанка «Вклад в будущее» разработал каталог художественной литературы по развитию социально-эмоционального интеллекта. Рекомендуют книги для всех возрастов, от дошкольного до старшего школьного возраста. Хорошая подборка от приятных издательств для развития навыков:

— идентификация и понимание своих эмоций (понимание себя, самосознание)
— управление своими эмоциями и управление собой (самоменеджмент)
— социальная компетентность, социальные навыки (идентификация и понимание эмоций других людей)
— навыки установления и поддержания взаимоотношений (управление взаимоотношениями)
— ответственное принятие решений

Про Черчилля

«Про Черчилля как-то прочитала байку — не знаю, правда или нет. Так вот, когда ему приносили документ на прочтение, он, не читая, сразу возвращал его с комментариями вроде: «ужас, как такое вообще можно было принести, бестолочи». Во второй раз, тоже не читая, тоже возвращал, но с более мягкими комментариями: «ну так себе, восторга не вызывает, можно лучше». И только в третий раз он НАЧИНАЛ читать.

Я поняла, что сейчас, когда ребенку семь лет, мне это очень подходит как родительская стратегия — не помогать слишком рано в процессе. Потому уж больно велик соблазн у обеих сторон при возникновении любой непонятной ситуации пойти по пути «мама, помоги». Я поняла, что надо помогать, когда ребенок уже изрядно сам помучился и точно истощил все свои доступные ресурсы и правда не видит решения".

Мое поведение в ситуации, когда непонятно — накидывать вопросы, чтобы подойти к проблеме с разных сторон, разбить на более простые задачки, чтобы начало получаться хоть чуть-чуть. В ситуации, когда кто-то уже изрядно сам помучился, он будет задавать и хорошие, качественные, глубокие вопросы. Такие вопросы в долгой перспективе важнее решения данной конкретной ситуации, потому что учат подходу к решению целого ряда других ситуаций.

Интервью с Андреем Себрантом

— Навыки хорошей коммуникации, которая всегда строится вокруг эмоций. Это человечная история, а не чисто рациональный или технологический скилл. При этому большее количество знаний получаешь из общения с людьми, чем из книг или постов.

— Готовность быстро перепрыгивать туда, где новое и интересное. Молодые люди сейчас уже готовы, что в их жизни будет не одна, а 10 карьер, что текущая профессия не навсегда. Профессии не вечны, за исключением, пожалуй, профессии ученого и профессионального руководителя.

— Умение работать с данными. Сейчас человека, который не умеет работать с данными, не возьмут на более или менее высокую позицию.

— Базовые практические знания в области программирования, и то что называется информатикой в школе — это совсем не про это.

JS на примере «Маленького принца»

Прилетела новая рассылка от Дэна Абрамова, за которым мы ловим каждое слово, как свита студентов-медиков за профессором во время показательного обхода. В этот раз Дэн объясняет смысл значений (values) в JS на примере «Маленького принца» Экзюпери. Код программы — вызовы функций, объявления переменных, ифы и вайлы, запятые и фигурные скобки — это планета. Значения — это небесные тела, окружающие планету. Примитивные значения (number, string, boolean и другие) далеки как звезды, ссылочные (object и function) вращаются на орбите. Оба вида значений видны в телескоп typeof, они используются в коде, но не являются его частью. Как бы вы отнеслись, если услышали такое от своего учителя информатики? Удивительно, как человек, ходивший по той же метлахской плитке, рассматривавший те же рекламные щиты, катавшийся на тех же трамваях и обедавший в тех же столовках, сформировал у себя такие незаурядные ментальные модели. Наверное это и отличает рокстарз от «ловцов жемчуга», которыми Энтони Бурден называл мойщиков посуды.

Беседа с Антоном Гладкобородовым

— Мы учились сами по себе, у нас не было образования, люди сами доходили до всего сами, пусть даже на ворованном фотошопе. Поэтому дизайнеры из РФ, из бывшего Союза востребованы на западе.

— Образование решает психологические проблемы: черт возьми, я ж не дизайнер, как мне им стать. Тебя ведут за ручку и ты такой — ну теперь я могу сесть за фотошоп и делать вещи. А некий мальчик из Тольятти мог сам сесть за фотошоп. И вы оказываетесь в одинаковой точке.

— Образование [для дизайнера] не обязательно, может быть, иногда даже вредно, потому что тебя учат «как». Это как математика — всем кажется, что математика — это заучить формулы, а математика — это как эту формулу вывести. Проблема в том, что образование пытается научить тебя формуле, а надо, чтобы оно тебя научило выводить формулу.

— Суть образования меняется. Уже не надо учить конкретным действиям. Теперь тебе самому надо вести свои дела, учиться использовать свое время, учиться работать — каждому самому.

— Чем больше ты коммитишься (разными вещами, и деньгами в том числе), тем больше вероятность успеха. Чем позже приходят деньги, тем лучше.

— Большая проблема [дизайнеров] в том, что они никогда не делали свои проекты. Когда выпускается проект, начинается на самая большая работа. В конечном итоге все упирается в цифры.

— Мы все сидим и думаем, как сделать что-то реальное. Мы сидим и такие: на Марс — невозможно. Мы ограничиваем реальностью свое мышление в придумывании проектов, которые мы хотим делать. Мы не придумываем себе полет на Марс. Мы видим на один шаг вперед, на два. Мы боимся больших идей. Мы не умеем сделать реальные шаги к большой идее.

— Все классные чуваки читают (не обязательно книги).

Главный недостаток современного кодинг-обучения

Зачекали статью с блумберг про главный недостаток современного кодинг-обучения, состоящий в том, что университеты плодят и поощряют индивидуалистов, не умеющих в тимворк. При том, что на бизнесовых и гуманитарных факультетах коллаборировать — это норма, на IT-направлениях то же самое рассматривается как читерство и слабость.

Отсюда доминирование в индустрии парней-«снежков», с детства привыкших гаситься от внешнего мира за подаренным родителями компиком и развлекать себя самостоятельно. Под этих социопатов заточен и формат обучения, и критерии оценок. Университеты выпускают единоличников, а развитием софт-скилов пусть занимаются работодатели, если им так нужно.

Какой выход предлагает гражданин приглашенный автор? — Внедрять в учебный процесс парное программирование, с которым все равно придется познакомится на рабочем месте. Это когда за одним компьютером работает два человека, как в классе информатики в обычной российской школе. Один участник пишет код и комментирует действия, второй помогает и поправляет.

Как большая задача тащит маленькую

Чтобы запустить локально веб-сервер Nginx, показал ученику как ставить (и зачем нужны) brew, iTerm, oh-my-zsh. Наша цель запустить Nginx и разбираться с его конфигурацией, поэтому этап страха работы с консолью и пакетами пролетаем легко и весело. Думаю, если отдельно изучать команды в непривычной консоли, без представления, что это инструмент для чего-то большего, а не самоцель, то возникает барьер и отторжение. Хотя знание работы с консолью важнее и универсальнее, чем запуск веб-сервера.

В другом классе такая задача — чтобы узнать, хватит ли денег у Пети на Play Station 5, нужно пройти весь алгоритм, нарисовать блок-схему и получить ответ. Ответ узнать интересно, рисовать блок-схему — не очень, но блок-схема всего лишь инструмент, берешь и используешь. Знание работы с блок-схемами важнее и универсальнее, чем знание, купит ли Петя приставку.

Прямо троянский конь и обман мозга, смещение фокуса с барьеров.

Свежие плоды цифрового века

Мы начинаем пожинать плоды нашей цифровой эпохи.

Раньше было так. Хочет человек стать, скажем, менеджером проектов. А работает он аналитиком. Или инженером. Или программистом. И он начинает думать: а как же ему стать менеджером проектов? Что для этого нужно? Какие навыки могут пригодиться? Каких знаний не хватает и где их можно найти? Какие книжки почитать? Где потренироваться? Как получить первый рабочий проект? Как убедить руководство, что он справится с проектом? Человек думает, отвечает на вопросы, ищет путь. Он не ищет проводников на этом пути, он набивает шишки и учится решать задачи.

Теперь все изменилось. Молодежь воспиталась на компьютерных играх и считает, что весь мир — это гребаная компьютерная игра. В этой игре есть четкие правила перехода на новый уровень. Молодежь любит задавать вопросы так: «Я хочу стать менеджером проектов. Какие именно действия я должен для этого совершить?»

А мир — это не гребаная компьютерная игра. Правил нет. Никому нахрен не надо, чтобы вот этот вот тестировщик развивался и однажды стал менеджером. Если это кому-то и нужно, то только самому тестировщику. Никто не будет качать его персонажа и заботливо вести за ручку через горы и буераки. Не будет ни новых уровней, ни обновлений, ни кнопки Save.

Я регулярно провожу собеседования и с грустью вижу, что несамостоятельность и игровое мышление побеждают. И таких людей все больше. Они готовы играть по правилам, которые за них придумают.

Предвижу, что скоро у всех работодателей закончатся носовые платки, и они начнут нанимать сотрудников 50+.

Им хотя бы носы вытирать не нужно.

Про ТРИЗ

Открываю для себя направление ТРИЗ-педагогики и вспомнил по дороге старый пост Людвига, который пытался изучать ТРИЗ — зацените мысль и пост:

В последнее время думаю о том, что высшая ценность — это умение самостоятельно открывать языки для решения задач.

Чтобы поймать ощущение, я придумал пример. Предположим, во дворе есть два мальчика: однажды они решают придумать свой собственный тайный язык. Начинаются фан и открытия, несколько дней буйной радости, экльбельмеш учняжка и все такое. Спустя несколько дней присоединим к ним третьего мальчика, которого два создателя принимают в игру и объясняют, как на тайном языке разговаривать. Классная игра, но в отношении ребят к языку есть разница, и она в том, что для первых двух этот язык — открытие и детище, решение, а для третьего — чужая данность. Первые мальчики могут делать с системой что хотят, и править ее, и гордиться ею, а у новичка как будто по умолчанию отсутствует некоторое важное право.

И вот мне кажется, что высшая ценность для решателя задач — умение не только говорить на открытых другими ребятами языках, а чувство, каким должен быть язык решения, и где его искать. Конечно, люди бывают разные, и кому-то наверняка комфортнее, когда рамки уже заданы, но я чувствую, что решать примеры — это далеко не то же самое, что уметь первооткрывать решательные языки.

Очень умные ребята приносят тебе открытый ими язык, и говорят — на, используй, нам не жалко. Но главный вопрос такой: если всю жизнь лишь учить чужие языки, не атрофируется ли способность придумывать свои?

Вокруг фрилансеры

Ключевой вопрос — как быстрее можно накопить необходимые компетенции, чтобы стать фрилансером или предпринимателем и продавать свой труд многим заказчикам? Причем лет с 12.

Неправильный ответ — ждать 10 лет школы, 5 лет в ВУЗе и еще сколько-то лет на работе. Правильный ответ — начать фрилансить и предпринимать уже сегодня, и через 1−5 лет необходимые компетенции подтянутся.

У большинства моих знакомых с детьми есть резонный вопрос, а нужны ли вообще ВУЗ и школа? По поводу работы таких споров нет.

Если раньше образование отделяли от работы и выделяли на это как минимум 15 лет, то теперь осталась одна работа, а образование стало частью работы.

Работаешь — получаешь образование, не работаешь — не получаешь. Кто не работает, тот не учится. Что делают все те, кто 10+5 лет протирают штаны? Они и не работают и не учатся, они просто находятся в уютных «камерах хранения».

«Честность, радость, любопытство»

Вчера была лекция дизайнера Сергея Сурганова в Яндексе. Лекция — огонь, про путь, случайные события, шансы, упорство и (из названия) честность, радость, любопытство.

Вспомнил, как был на его воркшопе по JS на «Стрелке» (дизайнер преподает кодинг? wat?), как смотрел на макеты «Почты» на собеседовании в менеджеры (меня не взяли и правильно сделали), как вдохновился идеей также пройти всю математику на Хан Академии (я застрял на 42%). Выделил из его опыта две идеи:

1) Серьезное отношение к коммитменту, дисциплина в обучении, упорство — это путь, чтобы все получилось, чтобы быть готовым к шансам, чтобы разглядеть, зацепиться, удержать — и потом назвать это случайностью и удачей.

2) Кропотливое, доскональное, уважительное копирование чужих работ — путь к диалогу с автором. Пока не сделаешь, не повторишь — не поймешь, не прочувствуешь, не получишь опыт. Копирование — крутой инструмент в учении.

Речь или мышление

Вчера поделился мыслью, что главная задача психотерапии — синхронизация реальности с языком [речью]. В моем facebook мне задали хороший вопрос: «Почему с речью, а не мышлением?». Попробую на него ответить в этом посте.

  1. Мы мыслим в рамках нашего языка, поэтому мышление завязано на языке, а не наоборот.

Например, во французском языке 80 произносят, как «четыре двадцатки», 90 — «четыре двадцатки и десять», а 77 — «шестьдесят-десять-семь». Конечно, все в сокращённой форме и слитно, но в таком порядке.

А вот арабы будут произносить 21, начиная с единицы — «один двадцать». И так до 99, потом произносят по-другому.

  1. Мышление мы фиксируем в речи. По Канеману наша память [функция быстрого неосознанного мышления] развилась так, чтобы хранить ощущения ближе к концу эпизода. Т. е. не так важен сам процесс мышления. Мы лучше запомним его результат, который зафиксируем в речи.
  2. В процессе перекодирования мышления на уровень языка создается люфт — объем и полнота обдумываемого теряется, так как облечь в слова мы можем только часть своего богатого внутреннего мира. Сказанное другим человеком мы пропускаем через собственные фильтры — знания, эмоции, опыт и представления об окружающем. Это действует и в обратную сторону — мы произносим готовую фразу и рассчитываем, что другой человек сам восстановит часть мысли, съеденную ограничениями языка. В результате подобных люфтов создаются искажения. Пример некоторых:

— Мама говорит ребенку: «Ты плохой», имея в виду плохой поступок. Ребенок не восполняет люфт и воспринимает себя плохим. В итоге мама запоминает то, что фиксирует в речи и тоже считает его плохим.

— Легче сказать: «Он придурок», хотя точнее было бы сформулировать мысль так: «Сейчас в эмоциональном состоянии этого человека я воспринимаю придурком».

  1. Язык не ограничивается словами. Искусство, эмоции и т. д. — тоже форма языка.
  2. Закончу свои мысли словами Людвига Витгенштейна: «То, что вообще может быть сказано, может быть сказано ясно, а о чем невозможно говорить, о том следует молчать».

Понравился пост? Больше — в почте и телеграме

Веду мейл-рассылку, присылаю письма с идеями и эссе. Подписывайтесь →

Веду телеграм-канал об обучении детей и взрослых. Подписывайтесь →