Памяти Джо Страммера. Артем Рондарев

22 декабря 2007 (обновлено 21 декабря 2017)

Памяти Джо Страммера. Артем Рондарев

Умер Джо Страммер. В пятьдесят лет, от сердечного приступа, за три недели до того, как его группа, The Clash, должна была быть введена в Зал славы рок-н-ролла. Глупо. Глупо то, что The Clash, о которых Боно говорит, что те были величайшей группой на Земле и написали всю книгу правил для U2, не были введены туда раньше. Раньше Майкла Джексона и многих других.

Они должны были попасть туда сразу. Как только оформились в то, что мы знаем ныне как классический The Clash, авторов самых раздолбайских и самых собранных песен на свете. Авторов «London Calling», которую журнал «Rolling Stone» назвал лучшей пластинкой 80-х, невзирая даже на то, что «London Calling» вышли в свет в 1979 году.

Глупо, потому что Джо Страммер не сидел на печи все это время: со своей новой компанией, the Mescaleros, он записал две пластинки, равных которым в последние десять лет мало что выходило. Не столько по музыке — с музыкой можно и спорить. Кому что нравится. А по другой причине.

Есть в английском языке слово dignity. Звучит гордо. Означает — «достоинство». И если вам нужна была бы иллюстрация к этому слову, вы вполне могли бы показать рукой на Джо Страммера.

Теперь показывать не на кого.

 

Так вот, музыка, которую сочинял Джо Страммер, описывается именно тем самым словом — dignity. И вот по степени его присутствия никто рядом с этой музыкой не стоял. Достаточно было послушать, как Страммер полупоет-полуговорит свои иронические, но по сути хмурые тексты об эмигранте из Югославии в Англию, которому отец, выходец из Украины, подарил шерстяной шарф с надписью «Шахтер-Донецк». О том, что все запатисты — последователи Эмилиано Запаты, нашего комического школьного персонажа, борца за права мексиканской бедноты — его сестры, ибо первоначально движение это было в основном женским, и командовала им команданта Эстер. И оказалось — ничего комического. Все очень печально. Люди смертны, в том числе и последовательницы Эмилиано Запаты. Such is life, такова жизнь, резюмировал Страммер.

Теперь выяснилось, что смертен и он. И, когда возникла эта пустота в мире с его уходом, оказалось, что смертно и то, что называется в английском языке словом dignity.

На похоронах моего отца один из его друзей сказал: «Я знал в жизни порядочного человека. Больше у меня таких людей нет». И теперь этот тост, не чокаясь, можно выпить еще раз.

Больше таких людей нет.

The Clash, 1978. Joe Strummer, Mick Jones, Paul Simonon. Getty Images
The Clash, 1978. Joe Strummer, Mick Jones, Paul Simonon. Getty Images

О The Clash принято говорить в превосходных тонах. Люди, бывшие на их концертах, нигде больше не могли получить той энергии, сопряженной с безмерным уважением к публике, которая царила там. Я знавал филолога-лингвиста, человека безмерно образованного, который слушал только The Clash. Потому что, объяснял он, когда мне нужно понять, что мир кругом не полное дерьмо, я знаю, у кого просить подтверждения этой мысли.

Среди панк-рокеров The Clash стояли отдельно — и как недосягаемая величина, и как единственные, кто четко отдавал себе отчет в том, чего он хочет, кто имел оформленную позицию — левую, разумеется, чего же вы хотите, но совершенно осмысленную, безо всех этих «взять и поделить». О Sex Pistols уважаемая американская музыкальная энциклопедия говорит, что те были первыми. О The Clash — что те были главными. Они уничтожили или загнали за Можай всю эту затхлую атмосферу декаданса, выхолощенную идеологию диско, жлобские наряды и моду на перверсии. Они пришли и сказали: там, где родился наш гитарист, Мик Джонс, в рабочем районе Брикстоне, убивают людей прямо на тротуаре, а вы тут ломаетесь. Встаньте, паразиты, вы же люди.

Самую свою тоскливую песню, «Straight To Hell», они написали не о любви. А о вьетнамских эмигрантах в Америке. Они перевернули представление о том, какие темы подходят для исполнения, а какие — нет. И пел все эти тексты — полуговоря, полувыкликая, совершенно характерным голосом, в котором слышались достоинство и сочувствие, — Джо Страммер.

Возьмите любое из того, что он сделал — удачное и не очень. И просто послушайте интонации его голоса. И вы поймете, что мы потеряли. Не просто человека, умершего слишком рано. Мы потеряли сочувствие и достоинство. И дыру эту заполнить нечем и некем.

Глупо. И тоскливо. И ничего с этим не поделаешь.

Артем Рондарев, «МК-Бульвар», 13.01.2003

Ссылки:
Смерть — это звезда
Joe Strummer & The Mescaleros. Оптимистический реквием
Форум о Clash

Поделиться
Отправить

Понравился пост? Больше — в почте

Пару раз в месяц в письме присылаю идеи и эссе по важным для меня темам: полезные вопросы и принципы, слова и действия, маленькие шаги, провалы, восприятие себя, знания и информация, смелость, книжки. Подпишитесь: